22:26 

[38] Яд

Asakura Yoshi
Белый змей
21 лунные сутки. Час Быка.

Много зим назад за одно утро я загадал тысячу желаний, связав каждое красной лентой с тонкими ветвями ивы. И на протяжении последующих лет наблюдал, как выцветали на солнце алые тона и ветшал на ветру китайский шелк.
Слезы катились из глаз сами по себе и капали на ладони жгучим ядом.
Боль – это дикий цветок. И я с самозабвенной щепетильностью заботился только о том, чтобы сорняк не пророс среди садовых орхидей.
Жизнь без оглядки похожа на тайный страх.
Карма. Наказание.

Бо Чжэнгуан, неужели твоя душа переродилась в этого несносного наглеца, который посмел ступить на мою землю без приглашения?!
Простил ли ты меня? Или даже после смерти желаешь свести счеты? Уж не происки ли твоего духа - странное наваждение, которым одержим Синьюэ?..

Чжэнгуан любил загадочно улыбаться, не произнося ни слова.
Со смиренной кротостью упивался чужим вниманием, незаметно и медленно высасывая кровь из ран обреченных бесконечно убивать друг друга за его расположение.
Маленькая ядовитая гадюка, умевшая очаровывать, способная разбивать сердца и красть души. Эта слабая, безвольная, неискренняя кукла манипулировала независимыми и безгранично сильными.
Постыдная наигранность и нарочито откровенное пренебрежение. Танец со змеей.
Наслаждение, окутавшее обнаженную душу, оказалось ничтожным и предвкушение обернулось болезненным разочарованием. Так заканчивалась каждая дорога в никуда.
Прячась за вежливыми поклонами, я оставался похороненным заживо в своем отчаянии. И хотел, чтобы ОН мечтал моими мечтами.

Чжэнгуан был богатым торговцем из китайской провинции Цзянсу, у которого моя семья покупала самый лучший чай и шелк. Этот человек стал первым мужчиной, который заставил меня потерять рассудок. Злоупотребляя безграничным расположением матери, он находил способы продать ей больше, чем нужно. Меня это не беспокоило. Все, чего я хотел - сделать Чжэнгуана своим. Уговорить. Запугать. Заставить. Купить. Но тот, умевший умаслить любого ради собственной выгоды и продать все, что угодно, никак не хотел торговать собственной красотой.

Однажды моему терпению наступил конец.

Мне было некого благодарить или упрекать.
Бред воспаленного воображения. Что-то оборвалось внутри. Когда я медленно обернулся на голос.
Жалкое мгновение, чтобы вернуть привычное бесстрастие в потревоженную душу.
Только холодная беспричинная ярость. И снисходительная усмешка в ответ.
Ближе… Ближе… Еще ближе… Я ощутил его теплую ладонь на своей щеке. Едкий шепот.
Он покачнулся, отступая на шаг. В недоумении поглядел на собственные руки, залитые кровью.
Не чувствуя боли, пытался зажать ладонями вспоротый живот. Жалкие попытки противостоять неизбежности.
Медленно оседая на землю, он продолжал улыбаться.
«Будь ты проклят за свою глупость!.. ».
Я срезал его соблазнительные губы, потому что ненавидел ту высокомерную усмешку, которую Чжэнгуан оставил мне после смерти.

В тот день, когда он умер, я проливал искренние слезы. И в тот день, когда он умер, я умер вместе с ним.
Ночь одела бархатные перчатки и закрыла мягкими пальцами веки.
Во сне я увидел далекий силуэт в снежных хлопьях. К нему вел лишь туманный росчерк опиумного дыма.
Запахи солнца и цветов исчезли так незаметно.

И на следующее утро я загадал всего одно желание, повторяя его тысячу раз. Как мантру.
Я просил привередливых ками сделать так, чтобы мое сердце никогда больше не смогло полюбить. Чтобы я смог идти своей дорогой, переходя чужие пути и перешагивая через знакомые тропы. Улететь воздушным змеем, вырвавшимся из рук. Чтобы парить высоко над грозовыми облаками. Не проронив ни слова на прощание.

Я чту богов, но поклоняюсь идолу одиночества, охраняющему алтарь мертвой любви.

Синьюэ... Разве то, что он как две капли похож на Чжэнгуана, не насмешка судьбы?..
И может быть, к лучшему, что теперь его жизнь - в руках прихвостней Нисимо?..

Тогда почему меня не покидает беспокойство?..

@темы: танец северного ветра

   

Танец Шелкопряда

главная