Lin Xiaolang
Зимняя бабочка
19 лунные сутки. Этот день опасен отравлениями и духовным дурманом.

Он вернулся летней полуночью. Неслышной поступью прошел в дом. Печальным призраком миновал мою комнату, в надежде, что я не замечу, погруженная в забытье. Но чуткий сон точно крылья ночной бабочки - взметнулся прочь испуганный, оставляя на губах тонкий привкус цветочной пыльцы. Сердце пойманной птицей забилось в груди, норовя превратить кровь в кипящее масло. Глухой восклик разбил на осколки черное зеркало ночного полумрака.
-Синьюэ, господин!..
Я выбежала из спальни, путаясь в полах наспех наброшенной одежды, шелк соскальзывал, обнажая белый мрамор озябших плечей. Я спешила со всех ног, спотыкаясь в темноте о ставшие вдруг незнакомыми предметы мебели, цепляясь пальцами и волосами за сухие ветки, украшавшие уже ни один год старинные вазы.
Тяжело дыша, я раздвинула ширму, скрывавшую обычно постель дорогого брата, ожидая увидеть, наконец, его самого...
Скомканное грязное ципао лежало, брошенное среди простыней. В измятом узоре узнавались очертания бывшего когда-то прекрасным рисунка. Голубое на алом. Я зажмурилась, ослепленная вдруг тусклым сиянием лунного света. Бледные маски насмешливо толпились вокруг меня. Как заводные плясали они загадочный танец теней. Не в силах разорвать их порочный круг, я стояла и смотрела, как кровь капает из запястий.
Сломанная фигурка Синьюэ аккуратно, будто бы стараясь занимать как можно меньше пространства, расположилась в дальнем углу комнаты.
Я поймала крик ладонью. Отказываясь верить тому, что видели заплаканные глаза.
Как же так... Как же так, мой милый братец?..
Разве о такой встрече мечтала дни напролет?
Чем же мы так прогневили богов, что испытание за испытанием посылают они нам, превращая счастливую жизнью в незавидную долю.
Я подошла к Синьюэ. Его лицо казалось серым. Тонкие черты заострились. Губы растянулись в подобии змеиной улыбки.
-Здравствуй, брат... - накрываю лоб рукой. Холодный пот испариной пропитывает рукава моего халата.
Не отвечаешь. Только слабо подрагивают веки, словно подавая таинственный знак.
Твоя жизнь сейчас в моей власти.
Позволить тебе выжить и обречь на бесконечные муки позора и гневливой слабости? Или дать умереть с достоинством истинного наследника матери.
Мы - род самоубийц. Это наше проклятье. Наша судьба.
И я решила изменить ее сегодня. Раз и навсегда.
-Ты будешь жить, Синьюэ. Вскоре нам предстоит сладкое блюдо мести. Приготовленное на японский манер.

Грязные бурые подтеки высохшей соли на обрезках простыней.
Бесконечный топот ног, встревоженные голоса.
Еще заспанный доктор.
И я.

Добровольно принести себя в жертву.
Готова уже давно.

Тороплюсь в новую чайную.
Говорят, ее хозяин просто волшебник.
Быть может, у него найдется целебный отвар и для наших сломленных душ?..

@темы: танец сломанного пера